__МЕТАФИЗИКА ОТСУТСТВИЯ__ — понятие постмодернистской философии, конституирующееся в концептуальном пространстве постметафизического мышления (см. [[Постметафизическое мышление]]) и фиксирующее в своем содержании парадигмальную установку на отказ от трактовки бытия в качестве наличного и ориентацию на его понимание как нон-финальной процессуальности. 

В постмодернистской ретроспективе классическая философия предстает как метафизика «наличия» или «присутствия» (см. [[Метафизика]]), в то время как неклассический тип философствования, начиная с критики «натуралистического объективизма» Гуссерлем и исключая интерпретацию Хайдеггером Бытия как чистого присутствия, подвергнутую Деррида критике в качестве метафизического «рецидива», оценивается философией постмодернизма как инициировавший «критику... определения бытия как наличия» (Деррида). 

Уже пред-постмодернистские авторы демонстрируют смену аксиологических приоритетов: семантически нагруженным оказывается в их системе отсчета не данное («присутствующее» или «наличное»), но, напротив, — отсутствующее. Так, у Ингардена в семантическом пространстве текста центральную смысловую (смыслообразующую) нагрузку несут так называемые «места неполной определенности». Собственно, «полное, исчерпывающее определение предметов» в литературном или музыкальном произведении (см. [[Конструкция]]) оценивается им как «нечто, выходящее за пределы... эстетического», — именно «множество возможностей, обозначенных местами неполной определенности», открывают горизонт «актуализации» тех версий смысла, которые не являются наличными, но «пребывают лишь в потенциальном состоянии» (Ингарден). 

В семантико-аксиологической системе постнеклассического (постмодернистского) типа философствования понятие «presens» подвергается деструкции во всех возможных аспектах своего содержания: и как presens как «наличие» в смысле завершенной данности «наличного» бытия, и presens как «присутствие» в смысле бытия в present continuous. Постмодернизм отвергает возможность метафизического учения о «смысле бытия вообще со всеми подопределениями, которые зависят от этой общей формы и которые организуют в ней свою систему и свою историческую связь \[наличие вещи взгляду на нее как eidos, наличие как субстанция/сущность/существования (ousia), временное наличие как точка (stigme) данного мгновения или момента (nun), наличие cogito самому себе, своему сознанию, своей субъективности, соналичие другого и себя, интерсубъективность как интенциональный феномен эго\]» (Деррида). 

Постмодернистская текстология фундирована презумпцией «пустого знака», выражающей постмодернистский отказ от идеи референции как гаранта наличия смысла знаковых структур (см. [[Пустой знак]], [[Трансцендентальное означаемое]]). Смысл не эксплицируется (что предполагало бы его исходное наличие), но конституируется в процессе означивания (см. [[Означивание]]) как наделения текста ситуативно актуальным значением, не претендующим на статус ни имманентного, ни предпочтительного (правильного, корректного и т.п.). Таким образом, отсутствие исходного значения делает текстовое пространство незначимым (в смысле наличия одного, «наличного», смысла), но открытым для означивания, предполагающего версифицированную плюральность возможных семантик. 

Аналогична и постмодернистская концепция «нонсенса» как отсутствия смысла, являющегося условием возможности смыслогенеза (см. [[Нонсенс]]). Конституирование в философии постмодернизма М.О. в качестве одной из парадигмальных презумпций во многом конгруэнтно переориентации современного естествознания «от бытия к становлению»: так, возможные версии упорядочивания неравновесных сред трактуются синергетикой в качестве диссипативных, т.е., с одной стороны, оформляющихся за счет энергетических потерь системы (энергетического отсутствия), а с другой — принципиально неатрибутивных, имеющих лишь ситуативно актуальную значимость.  
  

_М.А. Можейко_
