__ФОНОЛОГИЗМ__ — понятие постмодернистской философии, фиксирующее такое свойство классической культуры, как характерный для нее акцент на вокально-голосовой презентации языка (см. [[Язык-объект]]), фундированный базисной для культуры данного типа презумпцией субъекта (см. [[Автор]]). 

Согласно видению постмодернистских авторов (Р.Барт, Деррида, Кристева и др.), классическая культура может быть определена как фоноцентричная, т.е. основанная на презумпции неразрывной связи голоса (как естественного репрезентанта естественного языка) и стоящего за голосом значения (как непосредственного репрезентанта десигната и денотата соответствующего понятия), т.е. фактически связи знака (означающего) и означаемого (см. [[Знак]], [[Означающее]], [[Означаемое]], [[Трансцендентальное означаемое]]). 

Согласно постмодернистской ретроспективе, собственно традиция философской классики (как и вся классическая традиция западной культуры), пронизанная иллюзией референции, фактически фундирована Ф.: «когда я говорю... не только означающее и означаемое кажутся сливающимися в единство, но в этом смешении означающее как бы растворяется, становится прозрачным, чтобы позволить концепту предстать самому таким, каков он есть без отсылки к чему-либо другому, кроме своего присутствия... Естественно, опыт этот — обман, но обман, на необходимости которого сложилась целая культура или целая эпоха... от Платона до Гуссерля, проходя через Аристотеля, Руссо, Гегеля и т.д.» (Деррида). Именно на основе Ф. внетекстовое «трансцендентальное означаемое» становится «последним референтом», так называемой «объективной реальностью», конвенциально якобы предшествующей процедуре означивания (см. [[Означивание]]), т.е. «семантическим содержанием или формой присутствия, гарантирующей извне движение общего текста» (Деррида). 

Очевидность данного обстоятельства применительно к традиционной культуре теряется в контексте культуры классической, ориентированной на письменный (точнее — печатный) текст (ср. трактовку европейской классики как «галактики Гуттенберга» у Мак-Люэна и относимый к ней же тезис М.Бахтина о том, что «фонема... уступает свои служебные функции — обозначать значение — ...графеме» — см. Мак-Люэн, М.Бахтин). Однако неочевидность ситуации не меняет ее сути: текст по-прежнему мыслится как предназначенный к прочтению; чтение трактуется как понимание его автохтонной семантики, актуализация соответствующего (автором заложенного) исходного смысла текста, реконструкция означаемого по означающему (см. [[Чтение]], [[Смысл и значение]]). Соответственно, письмо мыслится в этом контексте лишь как языковой симулякр: графический знак, замещающий знак вокальный (см. [[3 Books/PostModernism/Симулякр]], [[Письмо]]). 

Согласно постмодернистской оценке, восходящей к Хайдеггеру («язык — дом бытия»), фоноцентричная культура (охватывающая в своих границах по иному критерию выделенные традиционную и классическую культуры) в основе своей фундаментально метафизична, — не случайно Деррида связывает в единый мировоззренческо-культурный комплекс (см. [[Онто-тео-телео-фалло-фоно-логоцентризм]]) фоноцентричность европейской классики и такие ее параметры, как: 
1) метафизичность, фундированная презумпцией универсального логоса (см. [[Логоцентризм]], [[Метафизика]]); 
2) онтологичность, проявляющаяся в установке на конституирование универсальных картин бытия (см. [[Онтология]], [[Тождества философия]]); 
3) презумпция аутономизма универсума, неизбежно приводящая к идее Бога как финальной детерминанты любого процесса и теологизации культуры в широком смысле этого слова, ибо, согласно оценке Деррида, «эпоха знака, в сущности, теологична»
4) презумпция телеологичности мирового процесса, 
5) связанная с ними (выражающая их) семантико-аксиологическая доминанта мужского начала в культуре западного образца (см. [[Соблазн]]). 

Согласно оценке Деррида, «логоцентристская метафизика, метафизика, детерминирующая, определяющая смысл Бытия как присутствие», могла быть и была конституирована лишь в контексте культуры, фундированной «системой языка, ассоциирующейся с фонетически-алфавитной письменностью», и фонетическое письмо в этом контексте может рассматриваться как «арена великих метафизических... происшествий Запада» (Деррида). В свете радикального постмодернистского отказа от презумпции референции (см. [[Пустой знак]]), неизбежно влекущего за собой и отказ от метафизического стиля мышления, предполагающего универсализм, логоцентризм и теологичность (см. [[Метафизика отсутствия]], [[Постметафизическое мышление]], [[Различия философия]], [[Смерть Бога]], [[Неодетерминизм]]), происходит переосмысление и феномена вокально-голосовой презентации языковых структур, — постмодернистская парадигма фундирована радикальным отказом от Ф. и фоноцентризма. 

Это связано с тем, что центральный акцент, применительно к фундаментальным процедурам по отношению к тексту, постмодернизм делает не на чтении, а на письме (см. [[Письмо]]), ориентированном не на парадигму «тождества», а на парадигму «различия» (не случайно Деррида конъюнктивно объединяет концепты «письма» и «различия» в заглавии одной из своих книг). В данном контексте важно, что за письмом как процессом стоит не Автор (согласно Р.Барту, автор отнюдь не является тем субъектом, по отношению к которому текст мог бы «быть предикатом»), но Скриптор как внепсихологический и личностно не артикулированный носитель языка (см. [[Смерть Автора]], [[Скриптор]]). 

В контексте процессуальности нарратива, т.е. «если о чем-либо рассказывается ради самого рассказа, а не ради прямого воздействия на действительность, то есть в конечном счете вне какой-либо функции, кроме символической деятельности как таковой» (см. [[Нарратив]]), «голос отрывается от своего источника, для автора наступает смерть, и здесь-то начинается письмо» (Р.Барт). Таким образом, базисным прецедентом языковой презентации в постмодернистском пространстве выступает не речь, непосредственно завязанная на личностно артикулированного субъекта (см. [[Анти-Психологизм]], [[Смерть Субъекта]]), но как текст (с заглавной буквы — «Текст» — у Р.Барта), понятый в качестве объективированно-безличного пространства операциональных семиотических трансформаций (см. [[Текст]], [[Конструкция]]). И, согласно деконструктивистской программе Деррида, в этом контексте «грамматология должна деконструировать все то, что связывает концепты и нормы научности с онто-теологией, с логоцентризмом, с фонологизмом» (см. [[3 Books/PostModernism/Деконструкция]], [[Differance]]). 

В свете постмодернистской парадигмы письмо предстает в качестве спонтанной процессуальности, т.е. как performance языка: «уже не «я», а сам язык действует, «перформирует»...» (Р.Барт). И бытие языка в целом понимается в этом контексте как письмо, т.е. «жизнь текста», не продуцирующаяся «деятельностью сознания субъекта — автора или читателя», но предстающая имманентной процессуальностью языка — вне каких бы то ни было личностных проекций и аппликаций (П. де Ман), что отражает фундаментальную установку постмодернистской философии на рассмотрение языка как самоорганизующейся среды (см. [[Эротика текста]], [[Нелинейных динамик теория]]). 

В этом плане любая вербальная процессуальность — это, в итоге, «не правда человека... а правда языка» (Р.Барт), — и Ф. в таком парадигмальном контексте оказывается невозможен, ибо даже голосовая презентация языка лишается прежнего ореола внешней, субъектной детерминации: по оценке Р.Барта, современная лингвистика (см. [[Лингвистика]]) показала, что «высказывание как таковое... превосходно совершается само собой, так что нет нужды наполнять его личностным содержанием говорящих». Таким образом, постмодернистская трактовка письма не просто снимает с Ф. традиционный для западной культуры аксиологический акцент, но и разрушает саму возможность семантических оппозиций голоса и взгляда, речи и текста в современном культурном пространстве; и поскольку, согласно постмодернистскому видению, в целом «наша цивилизация, более чем любая другая, является цивилизацией письма» (Р.Барт), постольку в современном культурном пространстве устраняется возможность парадигмального противоречия между «культурой зрения» и «культурой слуха» (см. [[Бинаризм]]). (См. также [[Семиология как приключение]])  
  

_М.А. Можейко_
 